Загадки дела Фанни Каплан

[Пpохожий]

По этапу прибыла Мария Спиридонова, известная социалистка-революционерка. Она тут же объявила голодовку в знак протеста против всего — плохого обращения с заключенными, проклятого самодержавия, скверной погоды. О Фанни все забыли, а она раздумала умирать, выучила азбуку слепых и добилась, чтобы ее перевели из богадельни поближе к Спиридоновой. Неожиданно для всех они подружились, Мария сразу стала называть ее Дорой. Вместе с партийной кличкой вернулась жажда жизни и борьбы. Под влиянием Спиридоновой Фанни сменила политические взгляды — объявила себя эсеркой, впрочем, вступать в партию решительно отказалась. Пять тюремных лет научили ее ценить свободу во всех проявлениях.

Празднование в 1913 году 300-летия дома Романовых ознаменовалось большой амнистией. Бессрочную каторгу для заключенной Каплан заменили на 20 лет. Надежда на свободу приобрела вполне реальные очертания. Эта перемена так подействовала на Фанни, что она снова стала немного видеть. И тут ей еще раз повезло — «плавающая» слепота Каплан заинтересовала врача-инспектора. Он приехал на Акатуй с плановой проверкой и среди умирающих от чахотки безнадежных больных обнаружил интересный медицинский случай. Осмотр Каплан показал — зрачки реагируют на свет, слепота носит неврологический характер. Фанни отправили в читинскую больницу, там зрение восстановилось почти полностью. Правда, ее предупредили, что приступы слепоты будут повторяться при перегрузках, особенно нервных.

Через четыре года грянула Февральская революция, всех политзаключенных освободили, вот только добираться домой пришлось без денег. Десять политкаторжанок, включая Спиридонову и Каплан, рискнули на переезд в открытых телегах по разбитым дорогам от Акатуя до Читы. Морозный ветер хлестал по лицам, продувал арестантские халаты, все были простужены, кашляли. Фанни приходилось хуже всех, подруги старались заслонить ее от ветра, Маша Спиридонова отдала ей свою пуховую шаль. Из Читы их на поезде отправили в Москву. Измученной Каплан обещали — оттуда она поедет поправлять здоровье в санаторий, к морю. Она тряслась в набитом вагоне по бесконечной стылой равнине и мечтала, как снова увидит Черное море — море ее юности.

Мария Спиридонова