[Пpохожий]

В 1896 году паевое товарищество было преобразовано в акционерное общество «Ленское золотопромышленное товарищество» (Лензото»). Однако и у него в начале ХХ века возникли финансовые проблемы. И тогда на помощь золотопромышленникам пришел Государственный банк, который ввел в состав правления «Лензото» Николая Бояновского и открыл крупный кредит. Главноуправляющим приисками был назначен Иннокентий Белозеров.

Благосклонность к «Лензото» проявляло и Министерство торговли и промышленности, разрешившее ему беспошлинный ввоз материалов. Причины заботы министерства станут понятнее, если принять во внимание, что акционером компании был министр торговли и промышленности Сергей Тимашев. Как утверждал советский историк Корнелий Шацилло, со временем пакетами акций обзавелись мать Николая II вдовствующая императрица Мария Федоровна, Сергей Витте (министр финансов в 1892—1903 гг. и председатель Совета министров в 1905—1906 гг.), Василий Тимирязев (министр торговли и промышленности в 1905—1906 гг. и 1909 г.).

Так в единый клубок переплелись финансовые интересы бизнеса, высшей бюрократии и Романовых. К ним вскоре добавились иностранные акционеры. Для того что привлечь их средства, летом 1908 года владельцы «Лензото» вместе с «Русской горнопромышленной корпорацией» учредили в Лондоне акционерное финансовое общество Lena Goldfields Limited. Председателем его правления стал вышеупомянутый Тимирязев.

Между тем расстояние, отделявшее Санкт-Петербург и Лондон от Ленских приисков, было огромным. Путь к ним в начале ХХ века был долгим и небезопасным. От ближайшей железнодорожной станции Иркутск до Бодайбо надо было преодолеть 1710 верст (около 2 тыс. километров). Сначала от Иркутска добраться до пристани Жигалово на Лене, откуда спуститься на тысячу с лишним километров до притока Лены — Витиму, а потом подняться по Витиму на 300 километров до Бодайбо — центра «Лензото». Зимой движение по рекам осуществлялось на санях по льду (Витим замерзал 10−18 октября, вскрывался — 7−15 мая). В весеннюю и осеннюю распутицу сообщение с внешним миром прекращалось.

Почетный гражданин г. Бодайбо, краевед Николай Николаевич Мунгалов в своей книге «Ленский расстрел 1912 года. Исторический очерк», отметив то, что зимой в Бодайбо проживало около 4 тысяч человек, а летом — 6−7 тысяч человек, констатировал:

«В полицейском отношении Бодайбо находилось в ведении горного исправника Витимского горного округа, в судебном — мирового судьи 1-го участка Витимско-Олекминского округа. В городе имелись небольшая деревянная церковь, две больницы, две церковно-приходские школы, двухклассное городское училище, почтово-телеграфное отделение, управление податного инспектора, отделение Государственного банка с ссудно-сберегательной кассой и золотосплавочная лаборатория».